Интервью с группой «Середина»



Наше интервью началось поздно вечером после квартирника, который ребята провели у меня дома. Я была необычайно рада познакомиться с Денисом и Сергеем, рядом с ними сразу возникло ощущение, что мы знаем друг друга тысячу лет.
Предложив ребятам интервью я была удивлена, что оно оказалось для них первым… Я представила, что лет через 5, когда они станут всемирно известными и раскрученными, я буду с гордостью вспоминать, что когда-то мы сидели на полу в моей квартире, болтали о духовном и пили чай 🙂
Группа «Середина» приехала в Питер в составе двух человек – Дениса Устюжанина и Сергея Городжего. Сергей Геокчаев, как сказал Денис, не смог уместиться в поезде с роялем, поэтому его пришлось оставить в Москве. Кроме двух Сергеев и Дениса в группе ещё есть перкуссионист Павел Мягков. По-видимому, его барабаны тоже не очень подходят для переездов 🙂 Но ребята, похоже, везунчики! В Петербурге они нашли чудную Настеньку Сарасвати, которая подыграла им на альте и перкуссии…. Но обо всём по порядку.

Настя: Привет, группа «Середина»! Хочется начать с вопроса: откуда возникло такое название?

Денис: Есть два варианта: во-первых, у нас два Сергея в группе и один Денис. Получается СерИДин – Середина. Ну а второй смысл – сакральный – говорит о нашем подходе к жизни.

Настя: Срединный Путь?

Денис: Кстати, да! И это тоже. Но я узнал о таком понятии уже после того, как появилось название группы. Вообще, группа существует довольно давно… Хотя, в нынешнем составе недолго – порядка двух лет. А названию много лет… Около десяти. Мы с Геокчаевым начали играть вместе. Какое-то время даже без названия играли. А потом встретились с Сергеем Городжим, начали искать название, и поняли: зачем его искать, если оно и так есть. Тем более что Сергею с именем повезло – оно подходит под концепцию названия.

Сергей: Да, вот если бы я был Варфоломеем или Игнатом, то пришлось бы выдумать что-то новенькое…

Денис: Но у нас проблема: теперь, если к нам в группу кто-то приходит, он должен быть обязательно Денисом или Сергеем (смеётся).

Настя: Вы говорите, что вы не «Солнечные Барды», и вообще сравнивать вас не надо… Но песни-то у вас, по моему ощущению, всё равно солнечные! В чём принципиальное отличие вас от бардов?

Денис: Разница для меня вот в чём: одно дело, когда есть ощущение от песен, как ты говоришь, а другое дело, когда в песнях есть слова «Солнце», «Свет», «Любовь», «Творю», «Дарю»… Ты приходишь со знаменем, на котором нарисовано солнце и говоришь «Я – Солнечный Бард!», бьёшь себя кулаком в грудь… И к тому же у нас нет задачи заниматься формированием сознания окружающих.

Сергей: Мы намеренно не добавляем «солнечность», не пытаемся себя адаптировать к среде так называемого «солнечного творчества»… Наше творчество – это средство самовыражения.

Денис: Мы просто не можем не петь…

Сергей: Это основная функция в жизни… Это идёт из сердца.

Настя: А как назвать стиль, в котором вы играете?

Сергей: Ну, мы склоняемся к определению — акустический арт-рок. Это не авторская песня, не КСП, не тяжелый рок…

Денис: А вообще, о стилях говорить нет смысла. Спрашивают: «В каком вы играете стиле?» обычно люди, которые сами не играют…

Настя: То есть я себя выдала? 🙂

Денис: (смеётся) Да нет, это всегда так! Просто самим музыкантам не нужно классифицировать музыку, они просто играют. Иногда под стилем вообще понимают состав инструментов, на которых играют, а это неправильно. На одних и тех же инструментах получается совершенно разная музыка.

Настя: А про арт-рок – это вы сами придумали?

Сергей: Нет, есть такое понятие в мире музыки – арт-рок. Но про акустический арт-рок мы не слышали до тех пор, пока наш знакомый не назвал так нашу музыку.

Денис: Что такое «арт»? Это искусство. Наш пианист – Сергей Геокчаев – приносит краску в нашу музыку. Краска + краска – получается сочетание цветов, арт, искусство. Мы не просто двигаем какую-то идею любыми средствами и всё, а думаем о красоте подачи этой идеи. Мы любим художественный подход.

Настя: Вот про это я как раз тоже хотела поговорить. Знаю, что ты, Денис, рисуешь. Как по вашему ощущению: музыка и рисование имеет что-то общее?

Денис: Связано очень тесно. Когда я учился (с 1995 года по 2000) – у меня образование «мастер-художник» – рисунку и живописи мы уделяли по нескольку лет, потом я ещё с художником занимался. И у меня был выбор между музыкой и художеством. Но всё-таки для меня рисунок, черчение остались как средство, которое помогает мне зарабатывать деньги. А музыка осталась главным. На первых порах эти вещи были связаны очень плотно. Иногда мы с Геокчаевым обсуждали, какой это аккорд на рояле: сиреневый или тёмно-зелёный.

Настя: Сергей, у тебя тоже такое цветовое восприятие музыки?

Сергей: Да, конечно! Я рисовал раньше, сейчас уже меньше. Но внутренние ощущения, когда я рисую или пишу музыку, абсолютно одинаковые.

Денис: И скорее всего, наша музыка – в терминах живописи – ближе к импрессионизму. Аккорд можно взять так: (берёт «блатной» аккорд), или вот так: (играет другие, более интересные звуки).

Настя: Понятно. Я почувствовала, да. А вы с кем-нибудь из музыкантов ещё работали, были эксперименты?

Денис: Вчера был хороший эксперимент.

Сергей: Да, можно сказать, что настолько удачный – первый эксперимент.

(Ребята говорят о Насте Сарасвати, которая играет в питерской группе «Ключ». Она накануне пригласила Дениса и Сергея дать концерт в арт-кафе «Щелкунчик» и сама подыграла на барабане и альте. Импровизация получилась восхитительной! Зал был в восторге, как и сами музыканты.)

Денис: Когда человек на ощущениях вникает сразу в материал, и моментально попадает в струю – это здорово!

Сергей: Мы пробовали с разными музыкантами, и профессионалами тоже… Но здесь недостаточно профессионализма, нужно ещё и интуитивное чутьё. А так как у нас музыка специфичная, то вдвойне удивительно, что человек вот так вот взял и влился инструментом. Такое ощущение, что мы с ней репетировали месяц – настолько чётко всё.

Настя: А что помогло вам вот такой баланс сохранить? Чтобы чутко взаимодействовать и оставаться собой?

Денис и Сергей вместе: Дело в ней.

Настя: Во всём виновата Настя 🙂

Сергей: Ну да 🙂 Когда она играла, мне даже как-то легче стало… Обычно, когда играешь с новыми музыкантами, есть ощущение разлада, и надо приложить усилия, чтобы сохранить баланс, связь с публикой… Очень многое зависит от людей, которые пришли на концерт, от нашего внутреннего состояния. А вчера это было очень просто: вот она играет, а ты делаешь небольшие толчки, и музыка сама летит.

Настя: А вы хотели бы продолжить подобные эксперименты?

Сергей: Да, у нас уже давно есть такая идея. Мы хотели бы «обрасти» музыкантами (смеётся), мы открыты для этого. Буквально вчера мы подбежали к Насте, предложили играть вместе что-нибудь, а она говорит: «Ну, вы понимаете, я тоже в группе играю…». Договорились, что они к нам приедут в Москву. В общем, решили, что даже интереснее – не иметь одного человека с инструментом, который постоянно играет одно и то же, а экспериментировать с разными людьми.

Настя: Ага, ясно. Вы как-то говорили, что не поёте чужих песен. Почему? Это ваш принцип?

Денис: Потому что эти люди живы 🙂
Мы поём на стихи друзей. Если стих «пробил» как-то, и на него «написалось», — поём.

Сергей: Мы поём иногда чужие песни… Просто не исполняем их на концертах.

Настя: А как у вас песни рождаются? Это душевный порыв от яркого события, или нужно уединиться, чтобы сочинить музыку… Или вы собираетесь вчетвером, и тут начинается импровизация?

Денис: И так, и так, и так. В любом месте, в любом времени.

Сергей: Это вообще ни от чего не зависит, в любом состоянии и настроении. Иногда идёшь просто по улице «параллельный» всему, и раз – «ударяет» в голову. У меня, например, всегда сначала текст идёт. Это когда мой текст и моя музыка…. А бывает так, что на чужие стихи музыка сама тут же появляется. Может даже во сне присниться! Последняя песня, которую я написал, мне приснилась. Сплю, и на стадии пробуждения слышу музыку и слова – что-то там её поёт. Голос – мой как будто – и музыка сопровождает.

Денис: У меня есть записанный сон на бумажке – спетый. Вне «Середины», правда, эта песня, я один её пою. А иногда, – так, в основном, с Геокчаевым происходит – слышу музыку, и, впечатлившись от неё, пишу текст. Песня «Океан» написана именно так. (Потрясающая песня! Прим. Насти)

Настя: Ваша музыка – такая живая, я бы даже назвала её духовной… А как вы относитесь к духовным практикам?

Сергей: Очень осторожно относимся…

Денис: В секты не вступаем… Хотя знаем очень много разных людей, которых можно было бы причислить к сектантам.

Сергей: Нас всегда это касалось, и касается до сих пор… Этот вопрос – духовные люди, духовное развитие – он очень тонкий, мы очень осторожно подходим к нему… Потому что обжигались в своё время… В пределах адекватности это всё нам созвучно, близко. Мы лояльны.

Денис: Мы выступали, например, на концерте в фонде реконструкции православного храма… Очень приятная аудитория, отдача такая замечательная.

На этом запись прерывается, видимо, тема сект оказалась вне цензуры 🙂
Вообще, с записью этого интервью творились чудеса! Мы прекрасно поболтали, и, когда наш разговор подошёл к концу, выяснилось, что он не записался. Хорошо, что ребята оказались оптимистами, и мы вместе решили, что это была репетиция интервью… А потом, дня через два, когда я скидывала на компьютер файлы, оказалось, что запись сохранилась, но почему-то только первые 20 минут… Зато теперь есть прекрасный повод, чтобы продолжить интервью! 🙂
Я очень благодарна ребятам за тёплое общение и прекрасный концерт! Мы с радостью ждём их в Питере снова.

(с) Анастасия Столярова


WordPress

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

Вконтакте
FaceBook